Тексты

«Секреты хорошей женщины» Клоэ Делом

Секреты хорошей женщины (18+)


Перевод отрывков из книги "Мои драгоценные сёстры" Клоэ Дэлом 

Я пишу от лица гетеросексуальных феминисток, которые красятся. Я бы с удовольствием осталась лесбиянкой, но нельзя всегда делать все, что хочешь. Я была гомосексуальна в течение восемнадцати месяцев, прямо перед Апокалипсисом 2012-го года. Тогда я писала от лица High-Fem. Именно так называют лесбиянок, которые красятся и носят каблуки.
Саня Ивекович
Саня Ивекович "MAKE UP — MAKE DOWN", 1978 

Бисексуалка, пансексуалка. Сапиосексуалка. Мне плевать на слова, которые описывают тело. Во второй половине жизни принять всю эту чушь – уже не главное. Когда Моник Виттиг заявляла: «Женщина имеет смысл лишь в системах мышления и в экономических гетеросексуальных системах. Лесбиянки – не женщины», слово «лесбиянка» понималось в политическом смысле, а не с точки зрения сексуальной ориентации.
Моник Виттиг - авторка, феминистка, изучающая гендерные роли, феминистскую борьбу и гетеросексуальность как политический режим (прим. переводчицы). 
С точки зрения эмансипации женщины как класса, т.е. марксистского феминизма, женщина – это пролетариат пролетариата. В борьбе против патриархата квир – это эффективное оружие, и я нахожусь с радужными единорогами на одной стороне. 
Я пишу от лица экс-цыпочек, тех, кто достаточно хорошо котировался на рынке телок, чтобы получать предложения и иметь выбор из различных вариантов. Я была шлюхой в течение трех лет, это было прямо перед 2000-м годом. В баре это называлось хостес: минет на месте, перепихон с собой. Три подхода, один член, все с резинками, вечер или два – и хоп, заработан МРОТ. До этого я была кассиршей в супермаркете: физическое опустошение чудовищно, а мозг словно под анестезией. Клиенты часто вас презирают, начальник отдела кадров заставляет носить юбки, а старшая смены упрекает в нехватке прибыли. Все это количество позиций в чеке в минуту, я не была больше человеком, я была просто телом, дополнявшим, слившимся с машиной, телом-подставкой, предоставившим свои конечности кассовому сканеру. Я уволилась в пятницу после 20 часов. Позднее я узнала, что это было незаконно, но так как я только что провалила одну из своих попыток суицида, борьба с символом розничной торговли в сфере трудовых конфликтов не казалась мне вдохновляющим делом для той, кто только что вышла из больницы.
Я пишу от лица токсикоманок из аптек, зависимых от обезболивающих, лежащих в психиатрических больницах, депрессивных, страдающих от маний, биполярщиц, психопаток, одержимых, страдающих от фобий, слишком эмоциональных. Тех, что регулярно прерывает свое лечение и хотела повеситься не меньше пятнадцати раз. Тех, кто компенсирует и декомпенсирует, булимичек, с компульсивным перееданием, тех, кто кажется людям беременной, настолько их живот время от времени становится огромным. Я считывала все взгляды на мое тело, от похотливых до брезгливых. Я знаю этот ошеломленный взгляд, когда спрашиваешь у продавщицы, есть ли у них это же платье, но 54-го размера.  

Клоэ Делом (2017 г.)
Клоэ Делом (2017 г.)

Я пишу в течение двадцати лет. Во Франции сегодня среди писателей только 30% женщин. Язык был всегда зарезервирован за мужчинами. Тот, кто владеет языком, владеет властью. Истинное положение дел показано в «Алисе в Зазеркалье» Льюиса Кэрролла
Когда я беру слово, оно означает то, что я хочу, не больше и не меньше, — сказал Шалтай презрительно.
— Вопрос в том, подчинится ли оно вам, — сказала Алиса.
— Вопрос в том, кто из нас здесь хозяин, — сказал Шалтай-Болтай. (цит. по пер. Н.М. Демуровой).
Я хозяйка своих слов и я за разделение власти. Язык, выбор каждого слова находятся в подчинении политики. Вопрос в том, как эту власть захватить.

Бадабум манифест

(Предложения конкретных и классных действий)
Четвертая волна осязаема (четвертая волна феминизма – прим. переводчицы), нужно только ее поддержать, насытиться ею, вскармливать ее; не удовлетворяться скольжением по поверхности. Волна может быть нестабильна, историческая возможность упущена.
Для этого будет необходимо прилагать усилия за пределами экрана и клавиатуры. Разрыв между Сказанным и Прожитым все еще колоссален, необходимо развиваться, чтобы цунами накрыло.
Интимный, личный, общественный, – надо найти уловки. Для «наступления женского мира, без комплексов, мира развлечений и удовольствия», конечно же. Нейтрализовать непристойности, сохранить шутки.
Французы – большие дети, игра – лучшее оружие. Так как речь идет, по сути, о социальной игре, нужно перераздать карты, изменить форму пешек, переместиться на поле, придумать другие правила, пересмотреть ставки.
«Бадабум» – это старая игра, направленная на ловкость и равновесие. Цель – ставить друг на друга деревянные бруски, пока все не упадет. Один лишний брусок – и бадабум!
До тех пор пока на социальном поле представитель патриархального начальства накладывает сексистские или покровительственные замечания, женщинам необходимо заставить его потерять равновесие, развалив его выпады «бадабумом».
Я знаю, что сейчас вы себе говорите: какая тупая идея. Я вас понимаю, правда, признаюсь вам, что сама сначала сомневалась. Но я попробовала сделать это для вас, с несколькими подружками. Ты это почувствуешь, моя дорогая, все развалится. Некоторые предпочитают говорить «папабум». Можно играть повсюду. В офисе и, особенно, на семейных ужинах.
Эту программу действий можно осуществить, даже если не особо ее организовывать. Несколько правил, новый этикет и фольклор, традиции и обычаи. Никаких тисканий-сюсюканий, только бадабум, без прикосновений, это нас изменит.
Объединиться за один взгляд. Вмешаться, как только увидите женщину в опасности, когда ее оскорбляют, на нее нападают, домогаются в публичных местах. Общественный транспорт, open-space на работе, лестница в подъезде, где подвергается опасности соседка. Молчаливый сговор, общество соучастников с неразрушимыми связями.
Нужно похоронить и оплакать сучество и подковерные войны. Это будет настоящее жертвоприношение, почти как у Баффи (Баффи – истребительница вампиров – прим. переводчицы), смерть – это наш подарок. 

Призвать к порядку, да. Это необходимо, чтобы свершилась история, чтобы появились хозяйки игры. И согласно этим новым правилам, ни одно живое существо не произнесет «моя малышка» перед вашим именем. Не унизит женщину в вашем присутствии без того, чтобы спровоцировать вашу ответную реакцию. Сестринство – это новая партия. Партия, где жертва становится героиней благодаря своим сестрам, партия, где женщины воспринимаются и расцениваются как положено и с достоинством.
Сестринство – это экспериментировать с идеей национальной лестницы, провозгласить бадабум, радостно просрать все, что осталось от альфа-самцов. Для наступления мира, который заслуживает того, чтобы мы были в нем.
Я сестринствую
Ты сестринствуешь
Она сестринствует
Мы сестринствуем
Вы сестринствуете
Женщины сестринствуют
Мужчины исчезают
Люди живут

Перевод: Роксана М.